April 7th, 2016

ЗАПУСТЕНИЕ МОСКОВСКОГО КРЕМЛЯ ПРИ ПЕТРЕ ПЕРВОМ..УНИЧТОЖЕНИЕ СЛЕДОВ ОРДЫНСКОГО ПЕРИОДА ТАРТАРИИ...

Романовские историки постарались тщательно «зачистить» все основные старинные русские летописи, рассказывавшие о событиях ранее середины XVII века. Истреблялись и искажались все следы русско-ордынской Великой = «Монгольской» Империи XIV – XVI веков. Однако, как мы увидим, от пристального внимания редакторов всё-таки ускользнули некоторые архивные документы бытового характера, например, описи царского имущества, бухгалтерские книги и т.п. То есть материалы в общем-то не исторического, а скорее канцелярско-рутинного характера. Скучные с точки зрения многих историков. Кому могут быть интересны перечисления, скажем, одеяний русских правителей, их супруг и детей? – рассуждали они. Однако оказалось, что внимательное чтение подобных сохранившихся текстов открывает много интересного. Именно такую, якобы скучную, но на самом деле исключительно важную, увлекательную работу и проделал И. Е. Забелин.


(фото кликабелле, жмите..)
[НАЖМИТЕ, ЧТОБЫ ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ..]
Но даже И. Е. Забелин, специально потративший многие годы на поиск уцелевших бытовых документов, смог обнаружить заметные их следы лишь начиная с XVII века. Более ранние первоисточники «куда-то исчезли» в основной своей массе. Уцелели лишь слабьте следы. Теперь мы понимаем, что именно сделали с подлинными документами XIV – XVI веков. Романовские историки, редакторы и администраторы попросту их уничтожили или заменили на отредактированные копии, см. книгу «Империя» и ХРОН4. По-видимому, тенденциозной чистке подверглись даже некоторые документы XVII века, нёсшие в себе сведения о прежней Руси-Орде.

Например, как пишет И. Е. Забелин, «есть свидетельство, что в 1686 году составлялся общий чертёж всему дворцу (Кремлёвскому – Авт. ), "всем государским хоромам, полатам и всяким зданиям, которые в Кремле на их государском дворе" (Матер., № 89). К СОЖАЛЕНИЮ, ЭТОТ ЧЕРТЁЖ НЕ СОХРАНИЛСЯ… Недавно мы получили возможность воспользоваться КОПИЯМИ (и опять копии, а где оригиналы? – Авт. ) с чертежей, составленных в 1751 году. ЭТИ КОПИИ, НЕ ИМЕЮЩИЕ, ОДНАКО, ПОДРОБНОЙ ОПИСИ, принадлежат ныне Историческому Музею и представляют драгоценнейший памятник Кремлёвской дворцовой старины» [55], ч. 1, с. 72.
Итак, мы узнаём, что до наших дней дошли лишь ПОЗДНИЕ КОПИИ С ПОЗДНИХ ПЛАНОВ КРЕМЛЯ, СОСТАВЛЕННЫХ ЛИШЬ В 1751 ГОДУ, то есть во второй половине XVIII века. А более ранних планов Кремля сегодня уже нет. Что с ними случилось? Уничтожены? Получается, что сегодня мы плохо представляем себе – как выглядел Московский Кремль ранее 1751 года. В [РАР] и ХРОН4, гл. 6 мы привели наиболее известные планы города Москвы, относимые сегодня к XVI – XVII векам. Однако есть серьёзные основания полагать, что все они изготовлены значительно позднее, задним числом, и несут на себе заметный отпечаток романовской эпохи не ранее XVIII века, см. подробности в ХРОН4, гл. 6:14.2.
Согласно нашей реконструкции, в эпоху Петра I отношения между сравнительной небольшой романовской Россией и огромной Московской Тартарией, включавшей в себя не только Сибирь и Дальний Восток, но и обширные земли Америки, стали особо напряжёнными. Романовы, опасаясь восстановления власти Орды в центральной России, предпочли перенести свою столицу в далёкий Петербург, специально для этого возведённый Петром I. Прежней столице – Москва, пока ещё ассоциировавшейся в сознании многих людей с Ордой XIV – XVI веков, была отведена роль второразрядного города. См. подробности в [РАР] и ХРОН4, гл. 12. Совершенно ясно, что на Москву, и особенно на Московский Кремль, должны были опуститься глубокие политические сумерки. Интересно, что именно такая картина забвения и запустения встаёт со страниц документов XVIII века. Вот что сообщает И. Е. Забелин.
«С наступлением XVIII века Кремлёвский дворец БЫЛ ПОКИНУТ вместе со всею стариною царской жизни.
Пётр оставил дворец ещё отроком, вскоре после первого бунта стрельцов… В Кремль он приезжал редко, большею частью только из необходимости присутствовать при приёме иноземного посла или на царских праздниках или панихидах и при совершении торжественных церковных обрядов, ЧЕГО НЕИЗМЕННО ТРЕБОВАЛО ОБЩЕЕ МНЕНИЕ ВЕКА» [55], ч. I, с. 115.

Напомним здесь, что в эпоху Петра I, вероятно, «в общем мнении века» ещё жило смутное воспоминание, что Москва XVI века была построена как второй Иерусалим, то есть как священный город, см. «Библейскую Русь» и ХРОН6, гл. 10. (Напомним, что первым, евангельским Иерусалимом, был Царь-Град). Строительство Москвы было подробно описано в Библии, в книгах Ездры и Неемии. Здесь и только здесь должны были в первую очередь совершаться особо торжественные обряды Империи. Так было в эпоху Руси-Орды = Израиля. Так ещё какое-то время происходило и при первых Романовых. Но потом традиция стала постепенно забываться под напористым давлением романовской династии.
И. Е. Забелин продолжает: «Впрочем и эти приезды (Петра – Авт. ) год от году становились реже… ТОЧНЫМ ИСПОЛНИТЕЛЕМ СТАРИННЫХ ОБРЯДОВ ОСТАВАЛСЯ ДО СВОЕЙ КОНЧИНЫ БОГОМОЛЬНЫЙ БРАТ ПЕТРА, ЦАРЬ ИВАН АЛЕКСЕЕВИЧ, ЖИВШИЙ ПОСТОЯННО В КРЕМЛЕ вместе с царицами и царевнами» [55], ч. 1, с. 115 – 116. Отметим, что романовская история царствования Петра I, и особенно периода его соправления с царём Иваном, достаточно туманна и противоречива. Сегодня следует более внимательно разобраться в событиях той далёкой эпохи, поскольку, повторим, основным её лейтмотивом было противостояние романовской России и ордынской Московской Тартарии. Именно это обстоятельство старательно скрывали и скрывают романовские историки.
Далее: «Шведская война, начавшаяся с первых лет XVIII стол., окончательно выселила Петра не только из дворца, но и из самой Москвы. С этого времени дворец был совсем покинут, так что церемониальные въезды царя в Москву… направлялись уже не в Кремль, в Спасские ворота; КАК БЫ СЛЕДОВАЛО ОЖИДАТЬ, а мимо, в новую резиденцию, в село Преображенское» [55], ч. 1, с. 116.
Далее: «Бывшие Приёмные полаты (Кремля – Авт. ) и жилые здания дворца оставались не занятыми и мало-помалу ВЕТШАЛИ И РАЗРУШАЛИСЬ. Время от времени В НИХ ПРОИСХОДИЛИ СОВСЕМ ИНЫЕ, ДОТОЛЕ НЕВОЗМОЖНЫЕ ТОРЖЕСТВА И ОБРЯДЫ. В Грановитой Полате, расписанной "бытейским письмом", ВМЕСТО ПРЕЖНИХ ТОРЖЕСТВЕННЫХ ПОСОЛЬСКИХ ПРИЁМОВ, ТЕПЕРЬ, КАК В ВЕСЬМА УДОБНОЙ ПУСТОЙ ХРАМИНЕ, УСТРАИВАЛИСЬ УЖЕ КОМЕДИИ И ДИОЛЕГИИ. В 1702 г. по случаю свадьбы ШУТА Филата (Ивана) Шанского в Полате была устроена "Диолегия"; а в 1704 г. по случаю свадьбы другого ШУТА Ивана Кокошкина была устроена "Комедия"» [55], ч. 1, с. 117.
Итак, Романовы не просто бросили старинный русско-ордынский Кремль Москвы=Иерусалима на произвол судьбы, но решили поиздеваться над прежними «монгольскими» святынями. В знаменитую Грановитую Палату, например, запустили шутов с их «свадьбами». Пусть, дескать, повеселятся.
Посмотрим же – как именно плясали, пили и талантливо острили романовские паяцы и их друзья в самом сердце прежней столицы ханской Руси-Орды = библейского Израиля.
Старинные документы, после долгого забвения увидевшие наконец свет, благодаря стараниям И. Е. Забелина, сообщают следующее. «УСТРАИВАЛ КОМЕДИЮ ЛАТИНСКИХ ШКОЛ ПРЕФЕКТ И ФИЛОСОФИИ УЧИТЕЛЬ ИЕРОМОНАХ ИОСИФ. ВЕРОЯТНО, ПРИ УСТРОЙСТВЕ ЭТИХ КОМЕДИЙ ЗАБЕЛЕНА БЫЛА ИЗВЕСТЬЮ (! – Авт. ) И ВСЯ УЖЕ ВЕТХАЯ СТЕНОПИСЬ ПОЛАТЫ» [55]. ч. 1, с. 117 – 118.
Всё ясно. Мы видим, что западноевропейские «учителя», заполонившие романовскую Россию, – а особенно после всем нам многократно внушённого прорубания Петром окна в просвещённую Европу, – не просто паясничали в стенах русско-ордынских храмов, но и, упиваясь безнаказанностью, уничтожали беззащитную ордынскую старину. В частности, забеливали известью старинные фрески в Кремле. Надо думать, потом, задним числом, объявили уничтоженные фрески ужасно ветхими. Настолько, дескать, были они безобразными и некрасивыми, что ничего не оставалось, как покрыть их известью. Стало чисто, бело и красиво. Старинные русские изображения перестали раздражать утончённый латинский вкус.
Архитектор Христофор Кондрат и поручик Иван Аничков «работали почти целый год и представили опись в декабре того же 1722 года» [55], ч. 1, с. 119. Отметим, что Пётр I приказал сделать опись ЛИШЬ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ ЛЕТ после описанных выше погромов, учинённых латинскими просветителями и шутами, в частности, в Кремле. Получается, что на протяжении ДЕСЯТИ ЛЕТ европейские «учителя» и паяцы беспрепятственно глумились над памятниками ордынской столицы. Таким образом, Пётр I цинично и довольно долго ждал, пока с его молчаливого (или не молчаливого) согласия старинный Кремль Руси-Орды будет достаточно разрушен и опозорен. Досыта поиздевавшись над Кремлём, утончённые цивилизаторы и шуты удовлетворённо удалились. Лишь потом романовские власти послали сюда двух чиновников для описи оставшегося.
«Опись в подробности засвидетельствовала ДАВНИШНЕЕ И ПОЛНЕЙШЕЕ ЗАПУСТЕНИЕ И ОБВЕТШАНИЕ ВСЕХ ДВОРЦОВЫХ ЗДАНИЙ.
Кровли во всех приёмных полатах были уже простые тёсовые, отчасти гонтовые или драничные, И ТЕ ВСЕ ПОГНИЛИ И ОБВАЛИЛИСЬ. ПОКОИ ТЕРЕМНОГО ДВОРЦА СТОЯЛИ БЕЗ ДВЕРЕЙ, БЕЗ ОКОННИЦ, БЕЗ ПОЛОВ. Как пожар 1701 года (вот и пожар в Кремле "очень кстати" приключился – Авт. ) всё деревянное опустошил, так всё и оставалось, а каменное тоже, напр., резьба, золочение, стенопись, всё было попорчено огнём и частью обвалилось. ПОВСЮДУ ПОЛАТЫ СТОЯЛИ ТОЖЕ БЕЗ ДВЕРЕЙ И ОКОННИЦ, БЕЗ ПОЛОВ И БЕЗ ВСЯКОГО ВНУТРЕННЕГО НАРЯДА, В ИНЫХ МЕСТАХ С ОБВАЛИВШИМИСЯ СВОДАМИ, В ИНЫХ ОТДЕЛЕНИЯХ СОВСЕМ НЕПОКРЫТЫЕ НИКАКОЙ КРОВЛЕЙ, КАК СТОЯЛИ, НАПР., ГОСУДАРЕВЫ ПОКОИ, находившиеся подле Куретных ворот и Светлицы… Очень немногие помещения были возобновлены для необходимого житья служителям или для сохранения каких-либо казённых вещей и припасов. Весь Дворец во всех своих подробностях требовал безчисленных поделок и возобновлений» [55], ч. 1, с. 119.
Некоторые романовские администраторы, простодушно, но ошибочно, думая, будто Пётр действительно прикажет восстановить Кремль, аккуратно составили смету расходов. Ясное дело, вышла немалая сумма. Подали Петру. Но в ответ услышали: денег нет, а точнее, деньги есть, но вовсе не на восстановление Кремля. У нас, мол, – куда более неотложные дела.
В самом деле, документы говорят по сему поводу следующее. «Деньги были надобны на прямые и неотложные государственные нужды, а здесь (в Кремле – Авт. ) представлялся немалый расход на возобновление ТЕПЕРЬ НИКОМУ НЕНАДОБНОЙ ОБШИРНОЙ ВЕТХОСТИ, КОТОРАЯ БЫЛА УЖЕ ДАВНО ОСУЖДЕНА НА УНИЧТОЖЕНИЕ НОВЫМ ПОРЯДКОМ РУССКОЙ ЖИЗНИ. Как оказывалось, заботы Петра в этом случае ограничивались только устройством некоторых главнейших зданий для предположенной им коронации Императрицы Екатерины» [55], с. 1, 119.
Коронация состоялась 7 мая 1724 года. Но празднества происходили опять-таки не в Кремле, а «за Москвою рекою, ПРОТИВ КРЕМЛЯ, на Царицыном Лугу, сожигаемы были великолепные фейерверки» [55], ч. I, с. 120.
После этого проблеска внимания со стороны Петра Московский Кремль вновь и надолго погрузился в сумерки забвения. И. Е. Забелин сообщает: «Пётр выехал из Москвы 16 июня. ДВОРЕЦ БЫЛ ОСТАВЛЕН ПО-ПРЕЖНЕМУ НА ЗАПУСТЕНИЕ И РАЗРУШЕНИЕ, ЖИТЬ В НЁМ НЕ БЫЛО ВОЗМОЖНОСТИ. Двор, во время приездов в Москву… пребывал обыкновенно в Летнем (Головинском) Дворце на Яузе…
Почти при каждой новой коронации возникала мысль основать пребывание в Кремле… Но как только оканчивались церемонии и пиры, всё уезжало в Петербург – И О МОСКВЕ, И О КРЕМЛЕ ЗАБЫВАЛИ ПО-ПРЕЖНЕМУ ДО НОВОГО ПРИЕЗДА… Здания ветшали с каждым годом. Поправка их стоила дорого и с каждым годом становилась ещё дороже» [55], ч. 1, с. 121. Складывается впечатление, что выжидали подходящего пожара. Наконец, дождались. Или, быть может, сами подожгли. А потом стали лить крокодиловы слёзы
.
Напомним здесь, что, согласно нашим исследованиям, именно эти знаменитые кремлёвские сады ордынской Москвы=Иерусалима были широко известны в «античном» мире XVI века как висячие сады Семирамиды, см. [ВВЕД], ХРОН6, гл. 10:4.14 и ХРОН6, гл. 18:21.2. Так что погибли они в 1737 году. А вовсе не «в глубочайшей древности», как стали потом всех уверять скалигеровские и романовские историки.
Далее: «В верхних Теремах (Кремля – Авт. ) в одной полате стёкла перелопались и сгорела крыша над всхожим крыльцом, крытая белым железом. В полатах за верхними Теремами, т.е. на внутреннем дворе, также на Кормовом и Хлебенном дворцах, в сушилах, и на Сытном дворце – всё выгорело: полы, потолки, двери, лавки. Сгорел также большой корпус Главной Дворцовой канцелярии, прежний Приказ Большого Дворца… ПРИЧЁМ БОЛЬШЕЮ ЧАСТЬЮ ПОГИБ И АРХИВ. Во второй полате этого здания сгорело "44 шафа (шкафа – Авт. ), а в них положены были разобранные описные и не описные дела по годам, прошлых лет, также писцовые и переписныя, и дозорныя, и межевыя, и отдельныя, и отказныя, и приходныя и расходныя и другая всякия книги с 7079 (1571) по 700 год"» [55], ч. 1, с. 122.
Таким образом, очень удачно для романовской истории, причём как бы сами собой, сгорели ценнейшие русско-ордынские архивы XVI – XVII веков.
И. Е. Забелин справедливо сокрушается: «Утрата невознаградимая для истории царского быта во всех отношениях и особенно для истории древних художеств и ремёсел, деятельность которых, в XVI и XVII ст., с особенною силою приливала ко Дворцу. Кроме того, и в других полатах, вместе с делами с 1700 года, сгорели, без сомнения, весьма любопытные бумаги, принадлежавшие Меншикову и Долгоруким, а также Походной Канцелярии Петра. Сгорело «князей Долгоруких сундуков и ящиков и баулов и коробок с домовыми делами шестнадцать… три ящика с Долгоруковскими крепостьми… четыре сундука с домовыми князя Меншикова книгами и делами».
Хотя после пожара некоторые здания были возобновлены и починены и все покрыты кровлями, однакож многие из них, особенно на заднем дворе, с того времени, ПРИШЛИ В ЕЩЁ БОЛЬШЕЕ ЗАПУСТЕНИЕ И СОВСЕМ БЫЛИ ОСТАВЛЕНЫ.
К новой коронации, при императрице Елисавете, точно также оказалось, что в Московских дворцах, по их неустройству, ЖИТЬ БЫЛО НЕЛЬЗЯ, И НЕ ТОЛЬКО В КРЕМЛЁВСКОМ, НО ДАЖЕ В ГОЛОВИНСКОМ И ЛЕФОРТОВСКОМ» [55], ч. 1, с. 122.
В декабре 1741 года было приказано починить хотя бы часть дворцовых помещений. Начались восстановительные работы. Длились они год. По их окончании, однако, выяснилось, что «Кремлёвский дворец ВСЁ-ТАКИ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЛ УДОБСТВ ДЛЯ ПОСТОЯННОГО ПРЕБЫВАНИЯ, и императрица вскоре переселилась на Яузу в Зимний Дом, а двор – в Лефортовский дворец» [55], ч. 1, с. 123.
В 1753 году императрица приказала осмотреть подвальные помещения обветшавшего Кремля. Архитекторы Ухтомский и Евлашев составили подробные планы с указанием обвалов и основных разрушений. Причём было отмечено, что во многие подземные помещения доступ стал невозможен. «Всё это подтвердил и сам обер-архитектор Растрелли, поверявший осмотр Ухтомского и Евлашева» [55], ч. 1, с. 124.
Далее: «Тогда же назначено было разобрать наиболее обветшавший и совсем почти развалившийся корпус, примыкавший к прежнему Патриаршему дворцу и к Троицкому подворью, где были некогда хоромы царевен, также нижние каменные этажи хором царицы Натальи Кирилловны и малолетнего Петра… Эти здания, построенные в конце XVII в., следовательно гораздо позднее других, так потерпели от пожаров 1696 и 1701 г., что не простояли и 60 лет, между тем как другие отделения дворца, именно дворец Теремной и Потешный, уцелели даже до нашего времени, несмотря на переделки и перестройки, весьма часто портившие их своды и стены.
Таким образом С ПОЛОВИНЫ XVIII СТ. СТАРЫЙ КРЕМЛЁВСКИЙ ДВОРЕЦ СТАЛ ПОНЕМНОГУ РАЗБИРАТЬСЯ. Особенному запущению и обветшанию некоторых его частей очень много способствовало и то, что в нём помещены были разные Коллегии, Канцелярии и Комиссии. Ещё при Петре было отдано под эти присутствия 59 полат… ОСТАВИВШИ СОВСЕМ ДВОРЕЦ, Пётр, конечно, ничего лучше не мог придумать, как поместить в опустелых полатах свои новоучреждённые Коллегии и Канцелярии…

Но переведённые таким образом во Дворец Коллегии ПОСЛУЖИЛИ К БОЛЬШЕМУ ЕГО НЕУСТРОЙСТВУ И ЗАПУЩЕНИЮ, по той причине, что почти каждая Коллегия переехала не только со своими архивами, чиновниками, сторожами, разного рода просителями… но перевезла с собою и своих КОЛОДНИКОВ, которые и проживали, без сомнения, по целым месяцам и годам в дворцовых каменных подклетах. Всё это умножало нечистоту, грязь, разрушавшие преждевременно древние здания» [55], ч. 1, с. 125.
Таким образом, в эпоху Петра и после него Московский Кремль фактически использовали, в частности, как ТЮРЬМУ И КОЛОНИЮ для преступников, должников, в общем, для колодников. Уже одно это показывает всю глубину пренебрежения и презрения, которые подчёркнуто демонстрировали Романовы по отношению к древней святыне Москвы=Иерусалима. Идея разместить в самом сердце прежней Великой = «Монгольской» Империи (откуда не так давно управлялся практически весь цивилизованный мир XIV – XVI веков) КОЛОНИИ КОЛОДНИКОВ И КОНЮШНИ (см. ниже), – носила явно идеологический характер. Новый оккупационный порядок на территории завоёванной Руси наглядно показывал её населению – кто теперь хозяин, пачкая грязью и конским навозом прежние ордынские символы и святыни.
Картина, встающая со страниц старинных документов, поразительна. «Так, ещё в 1727 году начальство Казённого Двора, в котором сохранялась ДРЕВНЯЯ ЗОЛОТАЯ И СЕРЕБРЯНАЯ ПОСУДА И ВСЕ ЦАРСКИЕ ДРАГОЦЕННОСТИ, – объясняло, что "от Стараго (?) и Доимочнаго Приказовъ (находившихся где-то подле этого Двора, который стоял МЕЖДУ АРХАНГЕЛЬСКИМ И БЛАГОВЕЩЕНСКИМ СОБОРАМИ), всякой пометной и непотребной соръ от нужниковъ и от постою ЛОШАДЕЙ И ОТ КОЛОДНИКОВЪ, которые содержатся из Оберъ-Бергамта, подвергает царскую казну немалой опасности, ибо от того является СМРАДНЫЙ ДУХЪ, а от того духу Его Императорскаго Величества золотой и серебряной посуде и иной казне можно ожидать всякой вреды, отчегобъ не почернело"… Почему начальство и просило сор очистить, а КОЛОДНИКОВ свесть в иные места» [55], ч. 1, с. 125. Однако, как мы видим, по мнению Романовых, тюремно-навозный дух, которым начал при них смердеть Кремль, вполне отвечал пропагандистско-воспитательным целям новой династии. Пусть колодники и лошади толкутся и накапливаются в Кремле и дальше.
Остановимся на минуту. Кажется, дальше уже некуда. Вроде бы всё было сделано грамотно и более чем достаточно. В самом деле. Новые цари демонстративно покинули Кремль. Затем его даже перестали охранять, забросили вовсе и обрекли на постепенное естественное разрушение. Запустили сюда шутов. Устраивали комедийные представления паяцев. Забеливали известью или вообще сбивали старинные фрески в Палатах и соборах, см. книгу «Империя» и ХРОН4, гл. 14:5.3. Наконец, организовали в Кремле тюрьмы и конюшни. Кажется, вполне достаточно поиздевались над памятью Руси-Орды. Но нет! Какая-то странно навязчивая идея вновь и вновь обуревала романовских властителей. Им всё казалось мало и мало… Подумав, обрадованно сообразили ещё одну вещь. ОТКРЫЛИ В СТАРИННОМ КРЕМЛЕ ПИТЕЙНЫЙ ДОМ, КАБАК. Чтобы молчаливые остатки древних памятников Руси-Орды погрузились в пьяные вопли и сопутствующие ароматы.
Документы сообщают следующее. «Следует также припомнить, что находившиеся в Кремле старые Приказы, огромный корпус которых тянулся по окраине Кремлёвской горы от Архангельского собора почти до Спасских ворот, как равно и новоучреждённые Коллегии, помещённые во Дворце, вызвали потребность в ПИТЕЙНОМ ДОМЕ, который неизвестно в какое время, ЯВИЛСЯ В САМОМ КРЕМЛЕ, под горою, у Тайницких ворот. КАБАК этот именовался Катокъ, вероятно, по крутизне схода к нему из Приказов» [55], ч. 1, с. 126.
Итак, в Кремле стало совсем весело. Пьяные разудалые песни и крики бомжей понеслись над молчаливыми древними ордынско-ханскими соборами. Ясное дело, время от времени вспыхивали драки и поножовщины. Добропорядочные граждане шарахались и обходили помрачневший Кремль стороной.
Сколько лет просуществовала эта воспитательная романовская идея, точно неизвестно. В 1733 году императрица Анна всё-таки решила прекратить столь разнузданное безобразие. Романовы как бы слегка смягчили наказание, наложенное ими на Московский Кремль. Анна повелела «из Кремля его (кабак – Авт. ) вывесть немедленно вонъ и построить въ Беломъ или Земляномъ городе, в удобном месте… и для того (т.е. для сохранения количества сбору) вместо того одного кабака… ПРИБАВИТЬ НЕСКОЛЬКО КАБАКОВ, а в Кремле отнюдь бы его не было». Цит. по [55], ч. 2, с. 126.
И. Е. Забелин с удовлетворением комментирует: «Таким образом НЕ БЕЗ ЖЕРТВЫ удалено было от Дворца одно из безобразий» [55], ч. 1, с. 126.

Впрочем, упразднение кабака в Кремле (точнее, перенос в другое место) мало повлияло на общую картину развала и запустения. ТЮРЬМЫ И КОЛОДНИКОВ ИЗ КРЕМЛЯ ВСЁ-ТАКИ НЕ УДАЛИЛИ. Когда в 1767 году, то есть уже во второй половине XVIII века, «вышло новое повеление о починке Кремлёвских зданий; оно поставило на вид все неудобства, какие представлялись от помещения во Дворце разных присутственных мест, и доносило, между прочим, что "от того Сената въ дворцовыхъ покояхъ помещены разныя Коллегии, Канцелярии и Комиссии и по вступлении оныхъ, а особливо Губернскою Канцеляриею, заняты архивами, кладовыми и КОЛОДНИКАМИ, Т.Е. ТЮРЬМАМИ, и все те покои переделаны по состоянию каждаго присутственнаго места, а притомъ, въ разсуждении множественнаго числа тех месть служителей и колодниковъ, усматривается всегдашняя нечистота и дурной запахъ"» [55], ч. 1, с. 127 – 128.
Поразительно, что Романовы держали Московский Кремль в чёрном теле вплоть до начала XIX века включительно. Отсюда видно – сколь велико было их раздражение прежними ордынскими традициями и воспоминаниями, связывавшимися с Москвой и Кремлём. Дошло до того, что в начале XIX века романовская администрация фактически отдала Кремль во власть воров и мошенников! В КРЕМЛЕ ВОЗНИКЛИ ВОРОВСКИЕ ПРИТОНЫ И «ДОМА РАЗВРАТА».
И. Е. Забелин сообщает следующее: «В начале нынешнего столетия (девятнадцатого – Авт. ), когда начальником дворцового ведомства сделался Валуев П. С., Кремль, по его словам, БЫЛ В ВЕТХОМ И ЗАПУЩЕННОМ СОСТОЯНИИ. "Внутри кремлёвских стенъ была НЕЧИСТОТА ВЕЛИКАЯ, особенно в зданияхъ Сената, под соборами (дворцовыми) Сретенскимъ и Рождественскимъ, около бывшаго Дворянского Банка и Оружейной Конторы (все в зданияхъ Дворца) и даже во Дворце. Во многихъ местахъ ветхия, ОБВАЛИВШИЯСЯ ЗДАНИЯ представляли неприятный видъ; при пустыхъ девяти погребахъ, без оконъ и дверей, подъ галлереями и кладовыми полатами, въ бывшей улице, между Троицкими и Боровицкими воротами, поведено ставить караулъ, ДАБЫ ВЪ НИХЪ НЕ МОГЛИ УКРЫВАТЬСЯ МОШЕННИКИ». Кремлёвские старожилы рассказывали, что до 12 года (то есть до 1812 года, вплоть до наполеоновского нашествия – Авт. ) мимо так называемых тёмных ворот, составлявших некогда проезд под дворцом на Красную площадь, к соборам, СТРАШНО БЫЛО И ХОДИТЬ; ТАМ, ОСОБЕННО К ВЕЧЕРУ, БЫВАЛ ПОСТОЯННЫЙ ПРИТОН ВОРОВ И РАЗВРАТА СРЕДИ СТРАШНОЙ НЕЧИСТОТЫ И ВОНИ.
Кстати упомянем, что в конце прошлого столетия и в нынешнем (девятнадцатом – Авт. ) до 12-го года, подле стен Кремля, за Троицкими воротами, где теперь Кремлёвский сад, а прежде были заплывшие пруды, овраги и текла Неглинная, ПО ВСЕМУ ЭТОМУ МЕСТУ СВАЛИВАЛАСЬ ВСЯКАЯ НЕЧИСТОТА, почти со всех близлежащих улиц. Старый же Каменный мост у Троицких ворот ИЗВЕСТЕН БЫЛ ВСЕЙ МОСКВЕ КАК ПЕРВОЕ РАЗБОЙНОЕ МЕСТО ТОГО ВРЕМЕНИ. Под его клетками или сводами, особенно под девятой клеткой, ПОСТОЯННО ЖИЛИ В САМОВОЛЬНО ПОСТРОЕННЫХ ИЗБАХ ВСЯКИЕ ВОРЫ, МОШЕННИКИ И ДУШЕГУБЦЫ, ТАК ЧТО ВОЗЛЕ НЕГЛИННОЙ, В ЭТОЙ МЕСТНОСТИ, ОПАСНО БЫЛО НЕ ТОЛЬКО ХОДИТЬ, НО ДАЖЕ И ЕЗДИТЬ.
ТАКИМ ОБРАЗОМ, ВАЛУЕВ ПРИНЯЛ КРЕМЛЬ В РАЗВАЛИНАХ, хотя, может быть, и живописных, но в иных местах угрожавших совершенным падением. Таков, напр., был длинный корпус Хлебенного, Кормового и Сытного дворцов, МИМО КОТОРОГО ВОСПРЕЩЕНО БЫЛО ДАЖЕ ЕЗДИТЬ, ЧТОБЫ ОТ СОТРЯСЕНИЯ МОСТОВОЙ И В САМОМ ДЕЛЕ НЕ ОБВАЛИТЬ ВСЕГО ЗДАНИЯ; 30 ЛЕТ И НЕ ЕЗДИЛИ ПО ЭТОЙ УЛИЦЕ… Помянутые дворцы… были сломаны уже при Валуеве. Если в XVIII ст. Дворец постепенно приходил в разрушение от всякого рода нечистоты, то В НАЧАЛЕ XIX ВЕКА ОН ОКОНЧАТЕЛЬНО БЫЛ РАЗРУШЕН» [55], ч. 1, с. 129.
Но вот, Романовы в XIX веке решили вроде бы привести Кремль в порядок. Новоназначенный П. С. Валуев получил указание начать работы. Однако не следует думать, что при этом подразумевалось бережное восстановление прежних ханско-ордынских святынь в духе уважения к прошлому Империи. Вовсе нет. Окрепшая за прошедшие двести лет узурпаторская романовская династия решила, что теперь-то наступил, наконец, подходящий момент начисто изгладить из памяти ордынско-ханское прошлое столицы «Монголии». Надо сказать, что Романовы грамотно остановили свой выбор именно на П. С. Валуеве, используя для своих целей всем известную его нелюбовь к прошлому. Посмотрим, как П. С. Валуев начал «восстановление» Кремля.
«Вступив в управление Дворцом, он не замедлил представить Государю, что многие из Кремлёвских зданий "помрачаютъ своимъ неблагообразнымъ видомъ все прочия великолепнейшия здания", разумея подъ последними соборы и новопостроенный Дворецъ. Он вообще не любил ничего ветхого, ржавого, покрытого цветом древности, что так дорого для записных археологов…
Если бы была полная воля и НЕ МЕШАЛО НЕКОТОРОЕ ОБЩЕЕ УВАЖЕНИЕ К СТАРОДАВНЕЙ СВЯТЫНЯ КРЕМЛЯ, то Валуев скоро превратил бы его в площадь чистую, опрятную и ровную, как ладонь, оставив на память только те строения, которые или сами по себе имели опрятный вид, или же были способны принять такой вид посредством возобновлений, штукатурки и окраски. ВСЁ, ЧТО НЕ ЛАДИЛО С ЭТИМ СТРЕМЛЕНИЕМ ИЛИ СТОЯЛО НЕ НА МЕСТЕ ОТНОСИТЕЛЬНО НОВОПРОЕКТИРОВАННЫХ ИМ УЛИЦ И ПЛОЩАДЕЙ, БЫЛО РАЗОБРАНО И ДАЖЕ ПРОДАНО С ТОРГОВ НА СЛОМ. В ПЯТЬ ИЛИ ДЕСЯТЬ ЛЕТ ЛОМКИ ПРЕЖНЕГО КРЕМЛЯ НЕЛЬЗЯ БЫЛО УЗНАТЬ» [55], с. 1, с. 129 – 130.
Заметим, в заключение, что направление, данное Валуевым, коснулось не одних только древних зданий, но и вообше всяких древностей, остатков старой жизни и быта, какими в то время ещё полны были кладовые Кремлёвских и старых загородных дворцов. Всё, что не имело цены, т.е. что не было золото или серебро, было также за ветхостью и негодностью, УНИЧТОЖЕНО ИЛИ ПРОДАНО С АУКЦИОНА "на Неглинную", как тогда говорилось, т.е. в лавки всякого старья и тряпья… В ЭТО ВРЕМЯ НЕВОЗВРАТНО ПОГИБЛО МНОГО ТАКИХ ИМЕННО ВЕЩЕЙ, КОТОРЫЕ ОХОТНИКАМИ И АРХЕОЛОГАМИ ЦЕНЯТСЯ ДОРОЖЕ ЗОЛОТА.
А стремление давать всему опрятный крашеный вид, впоследствии, было до того доведено, что дубовые двери и ворота во всём городе обязательно стали красить под дуб, А ЖЕЛЕЗНЫЕ ДРЕВНИЕ ВЕЩИ, КАКОВЫ, НАПР., ЛАТЫ, ЩИТЫ, КОНСКАЯ БРОНЯ, ДАЖЕ ПУШКИ, ХРАНИМЫЕ В ОРУЖЕЙНОЙ ПАЛАТЕ, СТАЛИ КРАСИТЬ ЧЁРНОЮ КРАСКОЮ С КАРАНДАШОМ, ПОД ЦВЕТ ЖЕЛЕЗА. ТАК БЫЛИ ЗАКРАШЕНЫ РЕДКИЕ И ПРЕВОСХОДНЕЙШИЕ ПАМЯТНИКИ ДРЕВНЕГО ВООРУЖЕНИЯ. Подобно тому, ЗАКРАШИВАЛИСЬ НА СТЕНАХ ДРЕВНИХ ЗДАНИЙ, напр., у Каменного Терема, прекрасные подзоры и украшения из разноцветных изразцов или кахлей. А что забавнее всего: эти украшения, замазанные мелом, вохрою или другою краскою, иногда на масле, РАСКРАШИВАЛИ ПОТОМ КРАСКАМИ В ДРЕВНЕМ ВКУСЕ. Это мы видели (в 1854 году) и на прекрасных изразцовых ценинных украшениях собора в Воскресенском монастыре, именуемом "Новый Иерусалим"» [55]: ч. 1, с. 131 – 132.
Ясно видно, что романовскими реформаторами девятнадцатого века двигала не просто любовь к опрятности и порядку, а нечто иное. Зачем, спрашивается, было закрашивать древние прекрасные подзоры, а затем тут же, поверху, заново «рисовать древность»? Но уже другую. Которую считали, по-видимому, более правильной, чем закрашенная. Скорее всего, на уничтожаемых кремлёвских памятниках сохранялась какая-то старая ордынская символика, от которой решили наконец избавиться раз и навсегда. И избавились.
ВЫВОД. Из всего того, что мы узнали об истории Московского Кремля при Романовых, непреложно следует, что ТОТ КРЕМЛЬ, КОТОРЫЙ МЫ ВИДИМ СЕГОДНЯ, ИМЕЕТ МАЛО ОБЩЕГО НЕ ТОЛЬКО С ОРДЫНСКО-ХАНСКИМ КРЕМЛЁМ ЭПОХИ ВЕЛИКОЙ = «МОНГОЛЬСКОЙ» ИМПЕРИИ ИЛИ ЭПОХИ ПЕРВЫХ РОМАНОВЫХ, НО ДАЖЕ С КРЕМЛЁМ НАЧАЛА ДЕВЯТНАДЦАТОГО ВЕКА, когда его начал увлечённо сносить и выравнивать реформатор П. С. Валуев.

източнег - http://studopedia.ru/9_18457_razgrom-i-zapustenie-moskovskogo-kremlya-nachinaya-s-epohi-petra-I-s-nachala-XVIII-veka.html
promo gilliotinus february 18, 2016 07:20 63
Buy for 10 tokens
Доброго времени суток, уважаемый пользователь! Этим постом мы начинаем знакомство с уникальнейшим документом давно минувшей эпохи (название его в заголовке статьи) Сам материал не каждому, возможно, будет "по зубам", но как говорит Спаситель, "царствие Божие достигается…

РОМАНОВСКИЕ ИСТОРИКИ и МОСКОВСКИЙ БЫТ до РОМАНОВСКОГО ПЕРИОДА..ПРАВДА и ЛОЖЬ..(часть 1)




 Начиная с XVIII века романовские историки рисуют нам довольно варварскую картину быта московских царей эпохи XIV – XVI веков. Дескать, диковатая страна, долгое время находившаяся под тяжёлым игом злобных ордынско-монгольских завоевателей. Снега, медведи, довольно примитивный уклад жизни, даже при царском дворе. Однако знакомство с документами, счастливо уцелевшими после многочисленных романовских чисток, вскрывает существенно другой облик старой Руси.
[НАЖМИТЕ, ЧТОБЫ ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ..]

И. Е. Забелин сообщает: «Михаил Литвин, писатель XVI века, говорит, что в. к. Иван Васильевич украсил дворец свой каменными изваяниями, ПО ОБРАЗЦУ ФИДИЕВЫХ. Мы не знаем, что он разумел под этими изваяниями, но во всяком случае его свидетельство любопытно, как общий отзыв о тогдашних украшениях дворца» [55], ч. 1, с. 135. Означает ли это, что в эпоху Ивана Грозного его дворец был украшен «античными греческими» статуями в духе Фидия? Такой штрих хорошо отвечает нашей реконструкции, согласно которой Русь-Орда XIV –
XVI веков и была тем самым «античным Римом», который был так уважительно описан многими «античными» авторами.


Далее, оказывается, что «ИКОНЫ, ПИСАННЫЕ РУССКИМИ ИКОНОПИСЦАМИ В КОНЦЕ XVII СТОЛ., ПРИНЯТЫ БЫЛИ В ЕВРОПЕ ЗА ПАМЯТНИКИ X ИЛИ XII СТОЛЕТИЙ» [55], ч. 1, с. 136. И. Е. Забелин, воспитанный на скалигеровско-романовской версии истории, несколько растерянно пытается объяснить такой хронологический сдвиг примерно на 500 – 600 лет тем, что, дескать, русские иконописцы рисовали в XVII веке наверное очень примитивно, как первобытные дикие народы. Вот что он говорит: «Подобные изображения XVI и XVII ст., и в барельефах, и в целых болванах, очень часто напоминают то первобытное искусство, какое находим только или у народов ГЛУБОКОЙ ДРЕВНОСТИ, или у дикарей, вообще на первой ступени гражданского развития» [55], ч. 1, с. 136. Но ведь несколькими строками выше сам И. Е. Забелин цитировал Михаила Литвина, согласно которому дворцы русско-ордынских царей-ханов были украшены «античной» скульптурой в духе Фидия (кстати, «античное» имя ФИДИЙ, вероятно, является всего лишь лёгким искажением имени ФАДЕЙ, ФЕДЯ, ФЁДОР).
С точки зрения новой хронологии никаких противоречий тут нет. «Странная схожесть» искусства XVII века и якобы X – XII веков объясняется тем, что многие поздние произведения были неверно датированы историками эпохи XVII – XVIII веков, и в результате «уехали вниз» во времени. Породив «в далёком прошлом» фантомный отблеск эпохи XV – XVII веков.

Сегодня нас приучили думать, будто цветные витражи в окнах домов и соборов являются типичной принадлежностью лишь исключительно западноевропейских зданий. Выясняется, что
такая мысль неверна. Цветные, узорные и раскрашенные оконные стёкла также использовались в «монгольском» быту в Руси-Орде XVI века. Что и неудивительно. Метрополия «Монгольской» Империи, конечно, в первую очередь пользовалась новыми техническими открытиями и достижениями. Кстати, открытия, могли делаться не только в центре, но в разных имперских провинциях, в том числе и отдалённых. И. Е. Забелин сообщает: «В Новгороде с давнего времени были известны не только простые стекольчатые оконницы, но даже и ЦВЕТНЫЕ СТЁКЛА. В 1556 г. царь Иван Васильевич посылал в Новгород за покупкою "стеколъ оконничныхъ РОЗНЫХ ЦВЕТОВЪ" своего оконничника Ивана Московитина и повелевал купить их сколько мочно и прислать в Москву тотчас» [55], ч. 1, с. 145.


Далее: «В XVII столетии слюду в окнах стали украшать живописью. Так, в 1676 году велено было живописцу Ивану Салтанову написать в хоромы царевича Петра Алексеевича оконницу по слюде "в кругу орла, по угламъ травы; а написать такъ, чтобъ изъ хоромъ всквозе видно было, а съ надворья въ хоромы, чтоб не видно было". В 1692 г. велено было прописать окончины в хоромы царевича Алексея Петровича, чтобы всквозь их не видеть. Различные изображения людей, зверей и птиц, писанные красками, можно также видеть и на слюдяных оконницах, оставшихся от переславского дворца Петра Великого» [55], ч. 1, с. 145.
«О цветных стёклах находим указание, что в 1633 г. в Крестовую писаную полатку патриарха Филарета Никитича были куплены у Немчина Давыда Микулаева "конницы стекольчагыя нарядныя съ травами и со птицами"» [55], ч. 1, с. 146.
Практиковалось отопление помещений при помощи труб, проложенных в стенах и полах. По трубам поступал горячий воздух. «Верхние этажи деревянных хором по большей части нагревались проводными трубами из печей нижних ярусов. Трубы эти были также изразцовые с душниками… Все большие царские полаты, Грановитая, две Золотые, Столовая и Набережные, точно также нагревались проводными трубами из печей, устроенных под ними в подклетах» [55], ч. 1, с. 147 – 148.

(раскоп старинной системы отопления)
Отметим, кстати, следующий интересный факт Рассказывая о сохранившихся свидетельствах облика кремлёвских помещений эпохи XVI – XVII веков, И. Е. Забелин практически на каждом шагу натыкается на поразительную (с точки зрения романовской версии истории) роскошь, окружавшую обитателей Кремля и вообще ордынско-ханской Москвы той эпохи [55], ч. 1. Золото, серебро, драгоценные камни, сусальное золото, скань, зернь, мрамор, фаянс, фарфор, шикарная столовая посуда, «античные» статуи, цветные оконные витражи, богатые часы, изощрённейшая резьба по дереву, по камню, филигранное металлическое литьё, позолоченные и литые золотые (!) решётки, пышное шитьё золотом, бисером, жемчугом, роскошно украшенное вооружение, комнатные обои из атласа и даже златотканые обои («атласные комнаты» и «златотканые комнаты»), обои из посеребрённой и позолоченной кожи, и прочее и прочее. При этом жемчуг, употреблявший на Руси, был отборным, самым первосортным. Сохранилась, например, специальная инструкция купцам – что и как покупать. По поводу жемчуга в ней сказано следующее: «Покупай жемчугъ всё белый да чистый, а желтаго никакь не купи: на Руси его никто не купить» [56], с. 553.
Некоторые предметы роскоши поступали из Западной Европы и куда более отдалённых стран Востока и Азии. Для И. Е. Забелина в этом – свидетельство отсталости некоторых русских ремёсел от западноевропейских. К такой мысли его приучили предшествующие романовские историки. Но, как мы теперь понимаем, подлинная картина была иной. Метрополия Великой = «Монгольской» Империи была не только естественным центром многих ремёсел, но сюда стекались также достижения всех имперских провинций, в том числе из Европы, Азии, Америки. Открытия, произведения искусства, научные и литературные идеи и т.п. считались принадлежащими всей Империи, возглавляемой Русью-Ордой. Разные области Империи специализировались на своих отдельных направлениях. Где-то особо развивали флот, где-то – живопись, где-то – медицину. Всё шло в общий имперский котёл, использовалось всеми и перераспределялось между всеми.
Но, начиная с XVII века, когда Русь была оккупирована Западной Европой, в ней, конечно, на длительное время, по крайней мере на столетие, воцарилась заметная прозападная ориентация.

Вплоть до начала XVII века Русь-Орда оставалась метрополией Империи, а потому была очень богатой. Даже в эпоху Великой Смуты, когда царство вступило в эпоху раскола, последние ханы-цари Великой Империи всё ещё были исключительно богаты. Хотя, конечно, до прежней роскоши эпохи XIV – XVI веков было уже далеко. Посмотрим – как выглядел уже начавший тускнеть ордынско-царский быт начала XVII века. И. Е. Забелин приводит следующие интересные свидетельства о правлении «Лжедмитрия», то есть, согласно нашей реконструкции, одного из последних законных ордынских ханов, см. «Новую хронологию Руси» и ХРОН4, гл. 9:3.
«Любопытное описание царского места в Золотой Полате, устроенного, может быть, при царе Иване Васильевиче или при сыне его, Фёдоре, находим у Георга Паэрле, который, описывая представление Лжедмитрию воеводы Сендомирского, говорит, что Лжедмитрий сидел "на высоких креслах ИЗ ЧИСТОГО СЕРЕБРА С ПОЗОЛОТОЮ, под балдахином; двуглавый орёл в распущенными крыльями, ВЫЛИТЫЙ ИЗ ЧИСТОГО ЗОЛОТА, украшал сей балдахин; под оным внутри было Распятие, также золотое, с огромным восточным топазом, а над креслами находилась икона Богоматери, осыпанная драгоценными каменьями. ВСЕ УКРАШЕНИЯ ТРОНА БЫЛИ ИЗ ЛИТОГО ЗОЛОТА; к нему вели три ступени; вокруг его лежали четыре льва серебряные, до половины вызолоченные"…
Этот же самый трон в дневнике Марины Мнишек описывается несколько иначе: "ВЕСЬ ТРОН БЫЛ ИЗ ЧИСТОГО ЗОЛОТА, вышиною в три локтя… стоял орёл великой цены… Висели две кисти из жемчуга и драгоценных каменьев, в числе которых находился топаз величиною более грецкого ореха. Колонны утверждались на двух лежащих серебряных львах, величиною с волка. На двух золотых подсвечниках стояли грифы"… В Московскую Разруху 1611 года, все царские места, вероятно, БЫЛИ РАЗОБРАНЫ, может быть, по назначению Боярской Думы, которая, по свидетельству Маскевича и современных актов, уплачивала жалованье польским войскам разными вещами из царской казны; драгоценности, снятые с тронов, также могли пойти на удовлетворение польских полков (так начинался грабёж сокровищ Руси-Орды оккупационными войсками – Авт. )… Царь Михаил Фёдорович, при своём вступлении на престол, ЗАСТАЛ МОСКОВСКИЙ ДВОРЕЦ В СОВЕРШЕННОМ ЗАПУСТЕНИИ, НЕ ТОЛЬКО БЕЗ ЦАРСКИХ ТРОНОВ, НО ДАЖЕ БЕЗ ОКОНЧИН, ПОЛОВ И ЛАВОК» [55], ч. 1, с. 204 – 205.
Узурпировав власть, Романовы быстро промотали остатки богатейшего наследства Руси-Орды, ещё не разграбленные западными оккупационными войсками. В результате Романовы в общем-то обнищали, см. подробности в ХРОН5, Дополнение 1. Это отразилось и на быте романовского двора. И. Е. Забелин приводит такие свидетельства: «В 1619 году, при поставлении Филарета Никитича на патриаршество, государь принимал его в Золотой Полате, сидя на малом царском месте, может быть, в креслах… В 1621 году, в апреле, в Грановитой Полате было обито большое государево место… ЭТО БЫЛ ОБЫКНОВЕННЫЙ ДЕРЕВЯННЫЙ БАЛДАХИН, ПОД КОТОРЫМ СТАВИЛИСЬ КРЕСЛА. Лет через десять с небольшим, в 1635 – 1636 годах, в Золотой и в Грановитой были устроены уже серебряные троны… Верх (балдахин) этого трона был в виде башенки и поддерживался четырьмя серебряными вызолоченными столбиками в 3 дюйма толщиною» [55], ч. 1, с. 205-206. Видно, что золота в требуемом количестве уже не было. Пришлось ограничиться деревом, серебром и скромной позолотой столбиков.
Но вернёмся к облику старинного Кремля. Нас приучили к мысли, что астрономию в Руси практически не знали и вообще мало интересовались законами движения небесных светил. Астрономия процветала, дескать, исключительно в Западной Европе и у «древних арабов». Скалигеровская история внушила, например, И. Е. Забелину точку зрения, будто астрономический плафон в Кремле «не мог принадлежать художеству Русских иконописцев и знамёнщиков, т.е. рисовальщиков, которые не только не знали астрономии, но и считали её наукою отречённою» [55], ч. 1, с. 187. Здесь верно лишь то, что после бурных событий XVI века на Руси, связанных с историей Есфири, православная церковь действительно категорически осудила астрологию, которой увлекались еретики XVI века, см. «Библейскую Русь» и ХРОН6, гл. 7 – 8. Но в то же время астрономические вычисления на Руси были глубоко развиты, что видно уже хотя бы из тщательности пасхальных вычислений, которым православная церковь уделяла огромное внимание и которые предполагают глубокое знание астрономии. См. подробности в «Библейской Руси» и ХРОН6, гл. 19.

Такое же устройство подволок мы находим И В БОЯРСКОМ БЫТУ, который в богатой и знатной среде вообще мало отставал от порядков быта царского. В каменных хоромах кн. В. В. Голицына (1689 г.)… также были изображены небесные беги: "в средине подволоки солнце съ лучами вызолочено сусальнымъ золотом; кругъ солнца беги небесные СЪ ЗОДIЯМИ И СЪ ПЛАНЕТЫ писаны живописью"… В спальне в подволоке тоже были написаны по полотну 12 месяцев с планетами» [55], ч. 1, с. 187 – 188.


Нас приучили к мысли, будто музыкальные органы – типичная принадлежность лишь исключительно западноевропейского быта. Однако, как мы показали в ХРОН4, гл. 14:48, такая мысль неверна. Органы были распространены в Руси-Орде. Сейчас мы добавим к этой информации новые сведения.
И. Е. Забелин сообщает: «Ещё в конце XV в. при в. к. Иване Васильевиче (при Иване III – Авт. ) был вызван в Москву в 1490 г. арганный игрец Иван Спаситель, каплан белых чернецов Августинова закона… чтобы устроить во дворце органную потеху. Быть может, он был и мастером этих инструментов и тогда же занялся их постройкой, если не привёз с собою уже готовых… В МОСКОВСКОМ ДВОРЦЕ ОРГАНЫ СУЩЕСТВОВАЛИ УЖЕ С XV В… В XVI ст. вместо с органами привезены были во дворец и клавикорды или цымбалы… В начале XVII ст. "органы и цимбалы" упоминаются уже как самые обычные предметы дворцовых потех… В 1617 г. упоминаются органы, стоявшие в Потешной Полате; далее в 1626 году "в государскую радость", т.е. во время свадьбы царя, в Грановитой Полате играли на цинбалах и на варганах…



К сожалению, мы не встретили описания органов, которые стояли в Грановитой и в Потешной Полатах. В казне Оружейной Полаты в 1687 г. хранились уже обветшавшие и испорченные "арганы четыреголосные с рыгаломъ, а в техъ органахъ 50 труб нетъ, а на лицо трубъ 220; кругомъ резьбы нетъ, клеветура поломаны"» [55], ч. 1, с. 238 – 239.
«Впоследствии органное дело стало обыкновенным делом и для московских дворцовых мастеров, так что государь посылал уже органы, как диковину, в подарок к персидскому шаху. В первый раз органы московской работы были туда посланы в мае 1662 г.» [55], ч. 2, с. 285 – 286.
Сегодня считается, что ОПАХАЛА были характерной чертой лишь исключительно османского, турецкого, восточного быта. Однако знакомство с уцелевшими документами Московского Кремля показывает, что опахала использовались при русском царском дворе во всяком случае ещё и в XVII веке. Скорее всего, раньше их было в ордынском быту ещё больше. Сообщается следующее: «К уборным предметам мы отнесём и опахало. Оно устраивалось из перьев, или же было сгибное из атласа, харатии (пергамена)… У царицы Евдокии Лукьяновны между прочим были опахала: опахало перье павино… (1630 г.)… У царевны Ирины находим два опахала… (1629 г.). В 1686 г. сделано царевнам четыре опахала атласных… ОПАХАЛА БЫЛИ В УПОТРЕБЛЕНИИ И НА МУЖСКОЙ ПОЛОВИНЕ ЦАРСКОГО ДВОРЦА. У царя Михаила находим опахало деревянное писано золотом и красками розными… (1629 г.); опахальце турское кругло… Опахало харатейное згибное, писано красками на дереве (1634 г.). В 1671 году царевичам Фёдору и Ивану отпущено… два опахала атласныя червчаты. ПОДОБНЫЕ АТЛАСНЫЯ ОПАХАЛА ЦАРЮ ПОДНОСИЛИ ОБЫКНОВЕННО К ПРАЗДНИКУ ПАСХИ КАК СВОЁ ИЗДЕЛИЕ МАСТЕРА ОРУЖЕЙНОЙ ПОЛАТЫ» [55], ч. 1, с. 286.
Такие сведения подчёркивают прежнее единство Руси-Орды и Османии=Атамании, распространявшееся в том числе и на детали быта.
Отметим следующий любопытный штрих. Оказывается, в ордынской Руси никаких «иностранных» языков не изучали. Учили лишь русскому.
И. Е. Забелин сообщает об обучении царских детей при московском дворе:
«В отношении иностранных языков, Котошихин говорит положительно, что, КРОМЕ РУССКОГО, "НИКАКИМ ИНЫМЪ ЯЗЫКАМЪ НАУЧЕНИЯ В РОСIЙСКОМ ГОСУДАРСТВЕ НЕ БЫВАЕТ"» [55], ч. 2, с. 185.
Всё ясно. В эпоху XIV – XVI веков «иностранные» языки в метрополии Великой = «Монгольской» Империи не изучали не из-за высокомерия, а по той простой причине, что не было необходимости. На всей территории Империи царил и был в широком употреблении славянский язык, принесённый во все её провинции, в том числе и очень далёкие, как государственный язык колонистов, осваивавших новые земли.
А вот начиная с XVII века картина круто изменилась. После раскола Империи, в её ставших независимыми провинциях, были изготовлены новые языки, возникшие на базе прежнего славянского, см. наш лингвистический Словарь Параллелизмов в [РЕК] и ХРОН7. Таковы, например, латинский, «древне»-греческий, французский и т.п. И тогда в романовской России естественно появилась необходимость изучать новоявленные иностранные языки. И в самом деле, И. Е. Забелин подтверждает, что уже при Алексее Михайловиче ИНОСТРАННЫЕ ЯЗЫКИ НАЧАЛИ ПРЕПОДАВАТЬСЯ ЕГО СЫНОВЬЯМ [55], ч. 2, с. 185. Тем более, что к тому времени Россия заметно попала под западное влияние.
Далее, выясняется, что даже при первых Романовых, до начала правления Петра I, в русской жизни сохранялись многие характерные черты прежней ордынской жизни. Старинные обычаи отступали нехотя и постепенно. Лишь через много лет Романовым удалось наконец выдавить их из российского быта. И. Е. Забелин сообщает, что даже в эпоху детства Петра I: «В учителя грамоте выбирали ОБЫКНОВЕННО ИЗ РУССКИХ и преимущественно из умных, тихих и толковых подьячих. НИ ТОЙ, НИ ДРУГОЙ ДОЛЖНОСТИ ИНОСТРАНЕЦ ЗАНЯТЬ НЕ МОГ, ДА И САМА МЫСЛЬ ОБ ЭТОМ НЕ МОГЛА ПРИЙТИ В ТОГДАШНИЕ УМЫ УЖЕ ПО ОДНОМУ ОТЧУЖДЕНИЮ ТОГДАШНЕЙ ЖИЗНИ ОТ ВСЕГО ИНОЗЕМНОГО» [55], ч. 2, с. 212.
Всё понятно. Ранняя романовская Россия всё ещё сохраняла значительные остатки прежней имперской психологии, которая, естественно, на первое место ставила обычаи и нравы метрополии. А порядки, царившие в провинциях Империи, если иногда и допускались в центр, то лишь на вторых ролях, как быть может любопытные (но не более того) «заморские странности». В связи с этим приведём эффектный пример.

И. Е. Забелин: «Но если среди прямых и положительных убеждений века (отсутствие интереса к иностранному – Авт. ) такой факт (то есть занятие иностранцем заметной должности в России – Авт. ) был решительно невозможен, то существовала сторона быта, ГДЕ ИНОЗЕМНОЕ ЛЕГКО ДОПУСКАЛОСЬ И НЕ СМУЩАЛО СВОИМ ПРИБЛИЖЕНИЕМ СТРОГИХ ВЗОРОВ СТАРИНЫ». [55], ч. 2, с. 212. Интересно, что же это за сторона быта? Ответ оказывается простым: потехи и шутовство.
И. Е. Забелин продолжает: «Эта сторона в царском домашнем быту принадлежала потехам, увеселениям и забавам, а также и детским играм. СЮДА ИНОЗЕМНОЕ ПРОНИКАЛО СВОБОДНЕЕ ПОД ВИДОМ БЕЗДЕЛИЦ, НЕ СТОЯЩИХ СЕРЬЁЗНОГО ВНИМАНИЯ. Нам известно уже, что дети царя Михаила, Алексей и Иван, и их стольники были одеты даже в немецкое платье, курты и т.п., в то время, КОГДА НЕМЕЦКОЕ ПЛАТЬЕ СТРОГО БЫЛО ЗАПРЕЩЕНО, ТАК ЧТО СНАЧАЛА И САМЫЕ ИНОСТРАНЦЫ ДОЛЖНЫ БЫЛИ ХОДИТЬ В РУССКОМ ЖЕ ПЛАТЬЕ. У Никиты Ивановича Романова, который любил иноземные обычаи и рядился по– немецки, выезжая однако же в таком наряде ТОЛЬКО НА ОХОТУ, патриарх ОТОБРАЛ НЕМЕЦКИЙ КОСТЮМ И СЖЁГ ЕГО КАК ВЕЩЬ, ПО НЕКОТОРЫМ ПОНЯТИЯМ, ГРЕХОВНУЮ. Но как бы то ни было, фанатическое преследование иноземного лишалось своей силы в кругу детских забав, где иноземное являлось… ПОД ВИДОМ ПОТЕХИ и след. не имело как бы никакого значения. Так немецкие и фряжские ПОТЕШНЫЕ ЛИСТЫ в XVII веке принадлежали к самым обыкновенным предметам детских забав и даже в известной доле служили ВЕСЬМА ПОЛЕЗНЫМ НАЗИДАНИЕМ. О содержании их МЫ НЕ ИМЕЕМ СВЕДЕНИЙ, но в том нет сомнения, что через них получалось по крайней мере наглядное знакомство со многими предметами иноземного быта, которые были осуждены мнением века. ВСЕ ПЕЧАТНЫЕ НЕМЕЦКИЕ ЛИСТЫ С ИЗОБРАЖЕНИЕМ СВЯЩЕННЫХ ПРЕДМЕТОВ ОФИЦИАЛЬНО ПРОВОЗГЛАШЕНЫ БЫЛИ ЕРЕТИЧЕСКИМИ, А ТАКОЕ ОСУЖДЕНИЕ БРОСАЛО ЗНАЧИТЕЛЬНУЮ УЖЕ ТЕНЬ И НА ВСЕ ДРУГИЕ ЛИСТЫ ИЛИ ГРАВЮРЫ ЗАПАДНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ… Припомним также немецкие карты и особенно потешные книги, рыцарские повести о Бове, о "Петре златыхъ ключевъ", которые, как и фряжские листы, могли войти к нам ТОЛЬКО ПОД ВИДОМ ИГРУШЕК, ПОТЕХ, вместе с игрушками и куклами привозными» [55], ч. 2, с. 213.

«Менезиус (шотландец – Авт. )… не бесполезен был и при устройстве КОМЕДИННОЙ ХОРОМИНЫ ИЛИ ВООБЩЕ ТЕАТРА, который ТОЛЬКО ЧТО пред его посольством заводился при Дворе (Романовых – Авт. )… Что Менезиус имел какое-то отношение к этим НЕБЫВАЛЫМ ЕЩЁ ЗАБАВАМ В ЦАРСКОМ БЫТУ, на это указывает также и один рассказ Лизека. "…Немецкие комедианты должны были представлять комедию, которая, как он уверяли, доставит большое удовольствие царю, если только в ней будет участвовать один из наших слуг. Это был балансир, заслуживший своими шутовскими и ловкими действиями всеобщее удивление, особенно Русских, которые единогласно решили, что он чародей и МОРОЧИТ ДОБРЫХ ЛЮДЕЙ БЕСОВСКОЮ СИЛОЮ"» [55], ч. 2, с. 215.
«Менезиус, ПОД ВИДОМ ПОТЕХИ, обученья солдатскому строю, введён был и к царевичу Петру» [55], ч. 2, с. 216.
И лишь Пётр I смог насильно выжечь из сознания России многие (упорно сопротивлявшиеся реформам) прежние ордынские порядки и обычаи, «прорубив окно в Европу» и заметно усилив западноевропейское влияние в прежней метрополии Великой Империи.
Возвращаясь немного назад, в эпоху царя Алексея Михайловича и его наследников, мы с удивлением обнаруживаем, что многие обычаи московского двора оставались удивительно схожими со «старинными» византийскими обычаями. И. Е. Забелин сообщает: «Отец царевен Алексей Михайлович, даже в украшениях своего дворца ПРЯМО БРАЛ ЗА ОБРАЗЕЦ дворец Цареградский: и у него также, как у тамошних царей, по сторонам трона, лежали рыкающие львы. Брат царевен царь Фёдор Алексеевич замышлял установить по Цареградски служебное старшинство боярских чинов по тридцати четырём степеням, причём указывались и греческие наименования таких чинов Доместик, Севастократор, Дикеофилакс, Стратопедархис и т.п.» [56], с. 149 – 150.

(Избрание Натальи Нарышкиной невестой царя Алексея Михайловича)
И далее: «Многие черты этого ("старинного" византийского якобы VIII века – Авт. ) быта носят в себе вполне родственное сходство с нашим бытом XVI – XVII ст., и тем показывают, что они некогда служили образцами для нашей культуры» [56], с. 209.
Такое подражание Византии первых Романовых является ярким следом прежнего неразрывного единства Руси-Орды и Османии= Атамании XIV – XVI веков. Порвав с ордынским прошлым, Романовы долго не могли избавиться от теснейших связей между двумя прежними частями Великой = «Монгольской» Империи. Подобные традиции уничтожались с трудом и, как мы видим, ещё долго за Романовыми тянулся шлейф ордынско-османских обычаев, титулов и т.п.
В ХРОН4, гл. 4:6 мы уже приводили данные И. Е. Забелина о том, что при московском царско-ханском дворе в 1602 году, при Годунове, свита царицы выезжала ПО ОРДЫНСКОМУ ОБЫЧАЮ КАК ОТРЯД АМАЗОНОК, на конях, с лицами покрытыми белыми покрывалами [56], с. 325 – 326 и примечание 1 на с. 326. О том, что в «античном мире» амазонками именовали на самом деле ордынских казачек, см. подробнее в книге «Империя», ХРОН4, гл. 4:6 и ХРОН5, гл. 9:20 (М. Орбини).

ПРОДОЛЖЕНИЕ - http://gilliotinus.livejournal.com/124505.html